Санта-Клаус в Северной Европе: гномы, козлы и тринадцать йольских парней

Когда мы представляем Санта-Клауса, на ум приходит пухлый старик в красном тулупе, мчащийся на оленьей упряжке с Северного полюса. Но в Северной Европе и Скандинавии этот образ никогда не был единственным. Здесь Санта — это не столько конкретный персонаж, сколько целая галерея существ: от крошечных гномов, живущих в амбарах, до тринадцати шаловливых парней-троллей и «рождественского козла», который когда-то был вовсе не человеком. Американский Санта с его оленями и дымоходами пришёл сюда относительно недавно и, по ироничному замечанию одного обозревателя, стал «англосаксонским захватчиком», вытеснившим местных гномов лишь в 1980-х годах. Но исконные северные традиции никуда не исчезли — они живут в рисовой каше, оставленной на пороге, в красных колпачках и в ожесточённом споре о том, чья же Лапландия является «настоящей» родиной Санты.

Швеция: Юльтомтен и каша для гнома

В Швеции подарки детям приносит вовсе не дед Мороз, а Юльтомтен (Jultomte) — рождественский гном. Народные сказки изображают его крохотным старичком в одежде из грубого серого сукна и красном колпачке. Изначально это был не добрый даритель, а томте — дух-хранитель усадьбы или фермы, которого нужно было задабривать. Считалось, что если не оставить ему угощение, он мог испортить еду или навлечь на хозяйство беду. Именно поэтому под Рождество шведы варили для него рисовую кашу, которую дети до сих пор называют «кашей Томте».

Облик знакомого всем добродушного гнома с белой бородой и красным колпаком сформировался во многом благодаря художнице Йенни Нюстрём. В 1880-х годах она проиллюстрировала поэму Виктора Рюдберга «Домовой», и именно её рисунки, растиражированные на открытках и в рождественских альманахах, сделали Юльтомтена таким, каким его знают сегодня. Со временем под влиянием американской культуры и коммерции Юльтомтен приобрёл более «санта-клаусовские» черты, но во многих шведских домах он по-прежнему остаётся маленьким гномом, который «стучится в двери» в канун Рождества и спрашивает, есть ли в доме послушные дети.

Дания: Юлеманден и его помощники

В Дании «рождественского человека» называют Юлеманден (Julemanden) — буквально «Рождественский человек». Это имя не такое поэтичное, как у его скандинавских собратьев, но зато за ним стоит целая свита помощников — маленьких гномов ниссе (nisse), или юлениссе (julenisse). Согласно традиции, именно они, а не сам Юлеманден, исторически были связаны с фермой и амбаром, и именно они в 1840-х годах стали «носителями рождественских подарков».

Датские дети ждут подарков 24 декабря, в сочельник. Юлеманден, по преданию, приходит в дом либо пешком, либо на санях и часто одет в меха, чтобы согреться в зимнюю стужу. Он не спускается через дымоход — эта американская деталь здесь не прижилась. Вместо этого он (или, в некоторых семьях, кто-то из родственников) просто вручает подарки детям напрямую. А накануне вечером на пороге или в амбаре оставляют миску горячей рисовой каши с кусочком тающего масла — угощение для ниссе, чтобы задобрить их и обеспечить удачу в новом году.

Норвегия: Юлениссен с фермы

Норвежский Юлениссен (Julenissen) — прямой потомок фjøsnisser, амбарных гномов, которые присматривали за скотом и урожаем. В отличие от американского Санты, он не живёт на Северном полюсе среди эльфов. Его дом — это ферма, амбар или лодочный сарай, и его главная задача — оберегать хозяйство от злых духов и несчастий. Ниссе очень застенчивы и безвредны: самые опасные их проделки сводятся к тому, чтобы доесть остатки каши, оставленной для них в укромном месте.

Лишь в конце XIX века фермерский ниссе обзавёлся новой, почётной функцией — приносить рождественские подарки. Тогда-то его и стали называть Julenisse — «рождественский ниссе». По традиции, ему нужно было оставить угощение — кашу julgrøt с кусочком масла в центре, и тогда он приходил с большим мешком подарков. В современной Норвегии, как и в Швеции, Юлениссен всё больше перенимает облик американского Санта-Клауса, но во многих семьях и на открытках он остаётся маленьким седобородым гномом в серой куртке и красном колпаке.

Финляндия: Йоулупукки, «Рождественский козёл»

Финский Санта — пожалуй, самый необычный из всех. Его зовут Йоулупукки (Joulupukki), и в переводе с финского это имя означает «Рождественский козёл». В древности ряженый в козлиную шкуру и рогатый персонаж был частью языческих обрядов, связанных с зимним солнцестоянием. Со временем его человеческие черты вытеснили звериные, но имя осталось.

Живёт Йоулупукки не на Северном полюсе, а на горе Корватунтури в финской Лапландии. Название этой сопки означает «Сопка-уши» или «Ухо-гора» — считается, что её очертания напоминают длинные уши, которые нужны Йоулупукки, чтобы слышать рождественские желания детей со всего мира. Там он живёт со своей женой Муори (Muori) и сотнями гномов-помощников. В отличие от многих своих коллег, финский Йоулупукки не прячется — он часто появляется в городах Финляндии и за её пределами, чтобы лично поприветствовать детей и ответить на их вопросы о снеге, северных оленях и гномах.

Исландия: тринадцать йольских парней

Исландия пошла по совершенно особому пути. Здесь нет одного Санты. Вместо него подарки детям приносят тринадцать йольских парней — Jólasveinar. Их история начинается 12 декабря: в этот день первый из них спускается из гор, где они живут весь год, и начинает свои ночные визиты. Каждый день, вплоть до 24 декабря, к детям приходит новый парень, и у каждого — своё имя и своя «специализация»: один крадёт мясо (Kjötkrókur), другой подглядывает в окна (Gluggagægir), третий слизывает сливки с посуды (Askasleikir).

Изначально эти парни были сыновьями троллихи Грилы и считались страшными существами, которыми пугали непослушных детей. Однако в XX веке они «подобрели»: теперь это скорее шаловливые, но не злые существа, которые иногда надевают красные костюмы и оставляют маленькие подарки в обуви послушных детей, поставленной на подоконник. Тринадцать дней — тринадцать парней — тринадцать подарков: это делает исландское Рождество не одним днём, а целым сезоном маленьких сюрпризов.

Спор за Лапландию: чей Санта «настоящий»?

Все эти разные персонажи сходятся в одном: они живут на севере, в Лапландии — территории, которая занимает северные регионы Швеции, Норвегии и Финляндии. И это порождает добродушное, но упорное соперничество. Финны настаивают, что настоящий Санта — их, Йоулупукки, ведь его резиденция на Корватунтури официально существует с 1927 года, когда Финская радиовещательная компания объявила эту гору его постоянным домом. Шведы в ответ указывают на свой Юльтомтен и на тематический парк Tomteland, который снимался в клипе Shakin’ Stevens «Merry Christmas Everyone». Норвежцы напоминают о Юлениссене и о том, что их гномы — самые древние, ведь они существовали ещё в дохристианскую эпоху. Атмосферу этого спора хорошо передаёт финско-шведская писательница Шарлотта Бакстон: «Швеция несправедлива к Финляндии, претендуя на Санту. У шведов есть ABBA, IKEA и Грета, а что есть у Финляндии? Nokia и Санта».

Заключение: Санта, который не один

Северная Европа напоминает нам, что Санта-Клаус не всегда был одним-единственным стариком в красном. В Швеции это крошечный гном, которого нужно кормить кашей, в Дании — «Рождественский человек» со свитой ниссе, в Норвегии — застенчивый хранитель амбара, в Финляндии — «Рождественский козёл» с горы-ушей, а в Исландии — тринадцать шаловливых братьев-троллей. Американский Санта, пришедший сюда в конце XX века, не отменил этих традиций, а лишь добавил ещё один слой к и без того густой рождественской мифологии. И, возможно, именно в этом разнообразии и заключается главное очарование северного Рождества: здесь каждый может выбрать себе Санту по вкусу — или верить во всех сразу.
© elib.jp

Permanent link to this publication: